Как действовать, если приходится писать про друзей и знакомых

Вообще, заведение журналистами знакомых и друзей в отрасли про которую он пишет не приветствуется практически ни одним медиа. В догме "Ведомостей", которую стоит прочитать любому интересующемуся новостями человеку, насчёт допустимого сотрудником СМИ сказано очень много. "Этика журналиста", как бы скептически ни хмыкнул на этих словах неподготовленный читатель, далеко не для всех является пустым звуком.

При этом понятно, что без неформальных отношений с ньюсмейкерами сегодняшнего дня или потенциальными ньюсмейкерами дня завтрашнего, достаточно сложно выполнять работу по получению той информации, которая вызовет одобрение у редактора. Со спикером имеет смысл разговаривать в любой обстановке, как неофициальной, так и официальной, так как в результате может оказаться возможным, с разрешения спикера, конечно, использовать его слова, сказанные в формате off the record, в работе.

Спикеры тоже получают что-то общаясь с нормальным журналистом: не обязательно информацию в голом виде, но хотя бы саму возможность достаточно независимого и, я бы сказал, психотерапевтического общения. Многие испытывают в этом потребность.

Результат один: отношения выходят за рамки журналист-ньюсмейкер.

Так произошло и с "Эвитеррой". С Заярным мы знакомы относительно давно, всегда с интересом общались. Лично мне Николай был интересен: он умный, много знает и увлечён своим делом.

Несколько раз, так уж получалось, "Эвитерра" сильно выручала меня как клиента. И вот случилось всё то, что случилось. Как действовать?

Во-первых, я практически полностью отстранился от написания текстов. Roem.ru, да и любое медиа - это машина, которая должна отрабатывать новости независимо от того, нравятся они редактору или нет. 95% написанного было подготовлено авторами без моего участия или при минимальной моей помощи. Это устранило риск необъективности с моей стороны полностью.

Одновременно я, всё же, вычитывал то, что публикуется, с целью избежать грубых ошибок в освещении событий. Этих ошибок, к моей радости, не было.

Во-вторых, поскольку я всё равно никак не мог избавиться от ощущения, что надо как-то помочь Заярному и при этом понимал, что у меня, как у медийщика, нет права искажать реально происходящие события, я сделал то, что действительно могло ему помочь и тем самым разгрузил себя психологически.

Что это было? Я написал, как частное лицо частным лицам, связанным с интернет-рынком, о ситуации с "Эвитеррой". Описал им масштаб возможных проблем (они ещё не были достоянием общественности, но я знал о них из бесед "не для публикации") и объяснил, почему им имеет смысл подумать о том, чтобы проблемы "Эвитерры" не затронули клиентов и, если уж кого-то и коснулись бы, то лишь её акционеров и партнёров.

Двое из этих троих могли решить все проблемы "Эвитерры" одной банковской платёжкой, в том числе и от себя лично. Ещё один человек находился в одном шаге от людей, которые могли сделать то же самое.

После этого об "Эвитерре" я писал спокойно.

P.S. Николай, я желаю тебе и твоим коллегам, в любом случае, выйти из этого всего с минимальными потерями.